Дарья Галеева 0 160

Топор в портфеле. Как обеспечить безопасность учеников в школах?

Все материалы сюжета Нападение на школу в Улан-Удэ

Случаи в школах Перми и Улан-Удэ показали, что в стране появился новый вид угрозы - агрессивный подростки, способные прийти в класс с оружием. Насколько защищены от таких ЧП школы Иркутской области?

Школы защищаются от внешней угрозы, но часто она исходит изнутри.
Школы защищаются от внешней угрозы, но часто она исходит изнутри. © / pixabay.com

На прошлой неделе Россию потрясли сразу два ЧП в сфере образования: 15 января двое подростков (ученик и выпускник) устроили драку с ножами в пермской школе, 19 января - трагедия случилась у наших соседей - в военном городке Сосновый Бор близ Улан-Удэ.

Там школьник бросил в класс бутылку с зажигательной смесью, а когда из горящего помещения стали выбегать дети, «встречал» их у выхода с топором. В обоих случаях серьёзно пострадали и ученики, и учителя. Ещё одно происшествие, менее резонансное, произошло 17 января в Челябинской области, где во время конфликта девятиклассников один ударил второго ножом.

Пока следователи выясняют мотивы нападавших в Бурятии и Перми, родители школьников страны бьют тревогу и задаются вопросом, куда они каждое утро отправляют своих детей - в безопасный «храм» образования или в «дикие джунгли», где каждый сам за себя? Беспокойство родителей Приангарья корреспондент «АиФ в ВС» увидел наглядно, когда объявил сбор вопросов по безопасности школьников. Ни одна тема не вызывала такого активного отклика читателей. Ответы на самые распространённые вопросы - в нашем материале.

Бабушка в камуфляже

Как выяснилось, больше всего взрослых беспокоит охрана школ, которую они считают недостаточно эффективной: при входе вместо профессионального секьюрити сидит бабушка - «божий одуванчик», нет рамок металлоискателя, зато есть сомнения по поводу работы тревожных кнопок. Однако, как пояснил замминистра образования региона Максим Парфёнов, система охраны строилась годами и успешно работает. Обязательный набор, который есть в каждой школе Приангарья, - кнопки тревожного вызова бойцов Росгвардии или ЧОПа (работу кнопок, по словам чиновника, регулярно проверяют), ограждение по периметру и система видонаблюдения.

По словам специалиста департамента образования администрации Иркутска Андрея Трофименко камеры стоят во всех школах и детсадах областного центра, только в прошлом году на установку видеосистем потратили 10 млн бюджетных рублей. К тому же, камеры, которые выходят из строя, меняют.

А вот насчёт физической охраны родители правы: в большинстве школ и города, и области на посту сидит обычный вахтёр, его ставку оплачивают из регионального бюджета. Родители, которым нужна более серьёзная охрана, как правило, оплачивают её из собственного кармана.

«Наша школа (более 800 учеников) собирает на охрану с каждой семьи по 100 руб. в месяц, - рассказывает иркутянка Елена. - Это инициатива администрации школы. Есть родители, которые поддерживают решение, но я данный «добровольный взнос» не сдаю, считаю, охрана не должна ложиться на плечи родителей».

О том, что затраты на безопасность учеников должно нести государство, а не мамы и папы, высказались все эксперты, опрошенные корреспондентом издания. Заставить школы региона перейти на охрану профессиональными агентствами, минобразования не может. Сначала такое решение должны принять на федеральном уровне.

«Мы рассматриваем возможность перейти от вахтёров к частным охранным предприятиям в учреждениях образования всего Иркутска, но здесь есть много нюансов - например, далеко не все ЧОПы могут работать в школах и детсадах, на это должна быть специальная лицензия, - говорит Андрей Трофименко. - Пока, после событий января, всем организациям образования дали указание усилить пропускной режим и провести дополнительные инструктажи вахтёрам».

Как отметила директор иркутской школы № 7 Наталья Мотовилова, есть ещё один нюанс: зачастую в охранных агентствах трудятся люди с судимостью, которым законодательно нельзя работать в детских учреждениях.

«Даже если нам завтра выделят финансирование на ЧОП, не так легко будет найти фирму, с которой мы могли бы заключить договор, - резюмирует директор».

Тесты на агрессию

Когда корреспондент «АиФ в ВС» обратился с вопросом о безопасности в школах в минобразования региона, первый вопрос, который задал пресс-секретарь министерства, звучал так: «Какая безопасность вас интересует? Антитеррор?» До сих пор школы не только области, но и всей страны нацелены на то, чтобы защищаться от внешней угрозы, о том, что опасность может также активно исходить изнутри учреждения, от самих учеников, раньше и подумать не могли. Максим Парфёнов назвал этот вид агрессии в школах нетипичным и новым для России в принципе.

Кстати
Как пояснила Валентина Федосеева, о развитии насилия в школах педагоги говорят с 2010-2011 годов, на всероссийском уровне даже проводили конференцию, посвящённую этой теме. Притом учителя просят защитить их от агрессии не только школьников, но и родителей. Законодатель ужесточил ответственность учителя, теперь даже сказать лишнее слово для педагога становится очень опасно, потому что учитель не знает, как оно может быть растолковано и чем обернуться.

После трагедии в Улан-Удэ правительство Бурятии рапортовало о том, что все школы республики укомплектует психологами, чтобы вовремя выявлять детей, которые вдруг могут «взять в руки топор». По словам Парфёнова, в Приангарье психологов нет примерно в 25% школ, но это - не большие городские учреждения, а малокомплектные, сельские. Притом, как отметил замминистра, муниципалитеты часто нанимают одного приходящего специалиста на несколько школ.

Впрочем, как считает председатель Иркутской областной организации профсоюза работников образования и науки РФ Валентина Федосеева, экономия бюджета на психологах и социальных педагогах привела к тому, что полноценной психологической службы для детей у нас практически нет.

«Приказ о том, что в Иркутске нужно создавать психологические службы, укомплектованные целым набором специалистов, вышел в 2003 году, но с тех пор, они как службы сошли на нет, остались только единичные специалисты, - говорит методист информационно-методического центра развития образования Иркутска, психолог Наталья Труфанова. - И если мы будем говорить честно, то один психолог и один социальный педагог на целую школу - это очень мало. Хотелось бы, чтобы в каждой школе была именно служба, куда бы входил не только обычный психолог, призванный работать с ребятами, но и медик, а также дефектолог - с ними в Иркутске особенно сложно, их очень мало».

Наталья Мотовилова говорит, что её школе повезло: на 760 учеников два социальных педагога и два психолога, которые в том числе определяют у детей и уровень агрессии. Дарья Галеева

Мнение

Педагог-психолог Центра профилактики, реабилитации и коррекции Ольга Лукьянова:

«Порой школьные педагоги-психологи не имеют достаточной квалификации, чтобы проводить коррекционную работу. А ведь нужно не только выявить ребёнка, у которого есть проблема, но и тут же ему помочь. Иногда специалисты просто боятся что-то делать и в лучшем случае перенаправляют ребёнка куда-то либо ограничиваются просто беседой. Но важно поговорить не только со школьником, но и достучаться до его родителей, показать им, что есть проблемы».

Комментарий

Уполномоченный по правам ребёнка в Иркутской области Светлана Семёнова:

«Тревожные кнопки, вахтёры, видеонаблюдение - минимальная безопасность для того, чтобы предотвратить случаи, когда в школу заходит, к примеру, пьяный неадекватный человек и хочет навредить ученикам. Но никто не будет обыскивать детей, чтобы узнать, проносит он оружие в портфеле или нет. Здесь вопрос не в рамках металлоискателя, а в том, почему ребёнок решает принести с собой в школу нож.

Распознать такую угрозу очень сложно, и психологи (один в лучшем случае на 200-300 детей) - не панацея. Да, при желании ребёнка школьный специалист может помочь, но глубоко в семью он не зайдёт. Только недавно в одной из школ региона был случай: ребёнок сам обратился к  психологу, а родитель очень жёстко отреагировал на это, сказав, что не давал разрешение на общение с ребёнком. Мы видим и такую конфронтацию, поэтому разговоры о том, что происходит в школе, нужно вести и с педагогами, и с детьми, и с родителями.

Уровень агрессии вырос в обществе в целом: дети с раннего возраста привыкают видеть насилие, смотреть на страшные картинки на экране. Коллеги всё больше говорят о детских депрессиях, которые если раньше были скорее исключением из правил, то сейчас встречаются всё чаще. Депрессия, скука, незнание, чем себя занять, поиск негативной информации и сподвижников, настроенных на негатив, - предотвращать всё это должна не только школа, ключевую роль здесь играет семья».

Громкие случаи в школах Приангарья:

- в мае 2007 года одиннадцатиклассник из школы в Ново-Ленино нанёс учительнице физики несколько ножевых ранений из-за плохой оценки;

- в апреле 2010-го стало известно, что ученики школы Шелехова систематически издевались над 73-летней учительницей физкультуры, в том числе избивали её;

- в марте 2017 года зафиксировано, что одни воспитанники Усольского кадетского корпуса жестоко избивали других;

- в январе 2018 года из Усть-Ордынской школы уволили учителя, который понуждал старшеклассников бить детей младших классов, чтобы установить дисциплину на своём уроке.


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Где в Приангарье отдохнуть летом ребенку с ограниченными возможностями?
  2. Можно ли беременным ходить на кладбище?
  3. Программу по охране Байкала продлят?
  4. В Иркутске выведут новый сорт картошки?
  5. Как заслужить почетный знак «Материнская слава»?

Какой сувенир лучше всего привезти с Байкала?